Закрыть

Иберийские параллели

29.09.2010

Два иберийских государства, говорящих на схожих языках и прошедших вместе через века восходов и падений, в разрезе вина похожи на два полюса Земли. Это обуславливает разные направления развития современного виноделия на полуострове.

У Испании и Португалии есть ряд общих сортов, самые известные из которых - темпранильо/тинта рориш, менсия/жаэн, гарнача тинторера/аликант буше и галисийско-виньювердинские альбариньо, лорейро и трейшадура. На этом сходства заканчиваются. Испанцы обладают крупнейшими в мире виноградниками (единственное в мире государство, где площадь виноградников превышает 1 млн га), но лишь третьи по объёму производимого вина, а по потреблению петляют в четвертом десятке рейтинга, далеко позади ''не-винных'' датчан и бельгийцев. Португалия занимает почётное 13-е место в мировом рейтинге производителей вин по объёму, зато по потреблению на душу населения стоит на пьедестале среди винопроизводящих стран (третье место), уступая только французам и итальянцам. Во время колониальной экспансии испанские конкистадоры высаживали виноградники на новых землях, развивая там виноделие, которое впоследствии потеснило испанские вина из колоний. Португальцы же особо его не развивали (если не считать Мадейру), зато теперь все бывшие колонии (Бразилия, Ангола и Макау) являются крупнейшими рынками для португальского вина. Самые дорогие вина Португалии происходят из зоны производства, делимитированной в 1756 году (Порто/Дору), а испанские рекордсмены сконцентрированы в Рибере-дель-Дуэро, по течению всё той же реки (Дору/Дуэро), только образовался этот регион лишь в 1982 году с 5 винодельнями! Экспорт вин из обеих стран имеет свои «перекосы»: весь испанский экспорт на самом важном иностранном рынке страны (США) еле дотягивает по объёмам до одного только итальянского пино гриджо, поступающего туда из одного только региона Фриули. Несмотря на бурное развитие сухого виноделия в португальском экспорте по-прежнему доминирует портвейн — 53% всех поставок за 2009 год.

Страна Басков стала эпицентром самой прогрессивной высокой гастрономии в мире, и всю Испанию охватило гастрономическое волнение. Это подтолкнуло виноделов сначала к созданию утонченных, выбивающихся из старой иберийской традиции красных вин, а теперь возбудило моду на белые и розовые, которые для страны вообще не очень-то типичны.


Строительный бум

Подъём испанской экономики в конце 1990-х — начале 2000-х сопровождался небывалым строительным бумом, приведшим к тому, что, например, квартиры в Мадриде в пиковые годы стоили в два раза дороже, чем в Берлине или Франкфурте. Строительные воротилы в это же время увлеклись новой игрушкой — виноделием — и начали вкладывать свои миллионы и миллиарды в создание виноделен с нуля или в покупку и развитие уже существующих. У этого движения денег имеется тройной эффект: во-первых, Испания на данный момент обладает самой большой в мире коллекцией изумительных с точки зрения архитектуры виноделен (зато крайне малофункциональных); во-вторых, строители сформировали рынок и определили направление развития целых аппелласьонов; и, в-третьих, не имея понимания специфики вина и установленных каналов продаж, в кризисные годы они также усиленно тянут ко дну опять-таки целые регионы. Покойный ныне магнат Пабло Пеньялба, пришедший в Риберу-дель-Дуэро в 1975 году, построил две винодельни и стал одним из пяти отцов-основателей аппелласьона в 1982-м. Виноградники при этом весьма старые (80—100 лет), но участки, не поражённые филлоксерой, там, конечно же, были. Спустя 28 лет, к 2010 году, в Рибере функционирует уже более 250 виноделен и это один из трёх самых престижных регионов производства красного вина в Испании с мировой славой. Луис Носаледа (Enate) вывел в люди никому не известный Сомонтано, главным белым сортом которого сегодня является … гевюрцтраминер! Enate объявил себя банкротом в 2008 году. 30% риоханских виноделен (на сегодня их общее количество достигло 1200) были созданы в годы строительного бума. Из них около 40 выставлены сегодня на продажу: строители не знают, куда деть миллионы бутылок не проданного вина, предлагая его кредиторам в качестве выплаты долгов. Рибера-дель-Дуэро, где процент стройбумеров ещё выше, страдает не меньше: цены за га виноградника в производстве упали в 2,5 раза (с €50 000 в 1999 году до €20 000 в этом). Из-за строителей беды настигают и смежников: производители оборудования для виноделен, которые не могут получить свои деньги за осуществлённые поставки чанов, насосов, прессов и т.д., друг за другом объявляют себя банкротами. Единственный магнат, у которого нет видимых проблем, — это Хове Капельян. Видимо, почувствовав надвигающиеся беды, Хове продал свой строительный бизнес главному конкуренту в 2006 году, а на вырученные миллиарды начал скупать бодеги, среди которых были винодельни бывшей группы J. Ordóñez и Dominio de Atauta. Хове планирует инвестиции в размере €7 млрд до 2011 года. Глядя на это, хочется верить, что не всё окончательно потеряно для «бумерских» виноделен.

100 баллов по Паркеру Испания впервые получила за урожай 2004 года.
Центурионами тогда стали сразу пять вин. С тех пор добавилось еще два
из 2005 года. Имеются еще 13 вин с оценкой в 99. Среди этих 20-ти
блокбастеров четыре — урожаи Pingus.

Белая переориентация

Ещё до недавнего времени при словах «белое вино» испанцы называли один регион – Рибейро. Теперь белая корона отдана безраздельно Риас-Байшас. Местный сорт альбариньо в один миг обрёл такую популярность, что его стали высаживать повсеместно, даже в Новом Свете (Австралия, Калифорния). В испанских супермаркетах не найти альбариньо дешевле, чем за €7,00, в то время как вина аналогичного качества из другой восходящей «белой звезды» — Руэды, стоят в пределах €2,50—€3,00. Но галисийский сорт пока не показывает склонность к старению, потому битва за белое королевство ещё не закончена. В Риохе уже создают долгоиграющие белые (Allende Blanco, Placet), а в Рибере-дель-Дуэро не осталось, пожалуй, ни одной великой винодельни, у которой бы ни было пары «секретных» чанов с экспериментальными белыми винам. Риберийцам особенно полюбился вионье (Emilio Moro) и прочие ронские белые (русан, марсан — Vega Sicilia). В Приорате, в этом красном королевстве, белое вино встречается пока в виде исключения, но при этом весьма заметного, как Clos Nelin от одного из основателей DO – Рене Барбье. Соседний Пенедес более известен своей кавой (игристым вином, сделанным по классической шампанской технологии), хотя тихие белые вина, многообещающие с точки зрения долгожительства, из сортов шарелло и, особенно, парельяда уже начинают появляться. Лучшее белое вино страны в 2009 году, по мнению экспертов ведущего ежедневного издания El Mundo, тоже из этого региона — El Rocallìs, из малоизвестного кросса инкрочо манцони. Но, кроме этих единичных случаев из других регионов, ни одному более или менее массовому белому не удаётся пока достигнуть славы, а главное — уровня цен альбариньо. При этом своей славой сорт обязан исключительно журналистике и созданной ею моде: сами производители, будучи вдалеке от цивилизации (редкая птица долетает до Атлантического берега Испании), не отличаются особым владением приёмов маркетинга и пиара, трудно идут на контакт, их редко встретишь на винных салонах.
Португальцы, вдохновлённый успехом соседей, тоже было захотели «примазаться» к славе альбариньо, благо у них он тоже есть (только зовётся альваринью) и, как водится, они считают его своим автохтонным сортом. Внутри страны вина с указанием этого сорта на этикетке стоят заметно дороже. Но беда в том, что регион производства этого сорта – Vinhos Verdes, что в переводе означает «зелёные вина», репутация которых была несколько подпорчена в конце XX века усилиями массовых производителей. И если внутри страны уже есть некоторое понимание качественных изменений в регионе, то за её пределами среднестатистический потребитель отдаст предпочтение испанскому альбариньо нежели португальскому «зелёному вину», уж больно невкусно звучит это название. Маркетологам зато есть где развернуться.


Цифры Иберии

Испания
Население (2009) — 46 661 950 чел.
ВВП на душу населения (2008) — $35 557
Объем производства вина (2006) — 38137 тыс. гл
Площадь виноградников — 1 174 000 га (1 099 800 га – для виноделия)
Экспорт вина — 14 340 000 гл
Импорт вина — 400 000 гл

Португалия
Население (2009) — 10 707 924 чел.
ВВП на душу населения (2008) — $22 232
Объем производства вина (2006) — 7266 тыс. гл
Площадь виноградников – 249 000 га
Экспорт вина — 2 900 000 гл
Импорт вина — 1 235 000 гл

В розовом цвете

Ещё до недавнего времени рынок розового в Испании был ограниченным: в масштабе страны были известны только два региона его производства – Сигалес и Наварра. Еще Эмпордá, в северной части Каталонии, обеспечивала вином модного цвета не менее модную столицу автономного региона – Барселону. Земли южнее Мадрида заливал своим «кларете» Вальдепеньяс. У каждого была своя специфика производства розового, как сортовая, так и технологическая. В Вальдепеньясе, например, белые сорта ферментировались вместе с небольшим добавлением красных, при этом по красной технологии (вместе с ягодами!) и у этого вина была своя, прописанная законом категория – tinto clarete. В Сигалесе розовые выдерживали в бочках, наваррские целились на любителей молодых и свежих розадо. В ногу с общемировой модой на розовое, с одной стороны, и на концентрированные красные, с другой, испанцы массово пустились в этот неизведанный некрасный и небелый край. Благо две тенденции взаимодополнялись, ведь «кровопускание» красного чана (иногда до 50% сусла!) позволяло сконцентрировать вино до зубодробительной консистенции. Таким образом, часть испанского розового была не что иное, как субпродукт у домов, производящих великие красные вина.

Альбариньо (альваринью, кайно бранко) лучше всего растет на песчаных низкокислотных почвах. Ягоды мелкие
и сладкие. Виноград легко набирает сахар (иногда выходит за уровень 13 градусов), при этом обладает высокой кислотностью. Ароматы — фруктовые и цветочные (абрикос, персики, цитрусы, флердоранж, миндаль).


Революцию в розовом совершил наваррский дом Chivite: его топовое Colección 125, которое ферментируется в бочке и выдерживается в ней не менее 6 месяцев, и Gran Feudo Sobre Lias — розовое, выдержанное на осадке (технология, ранее не применявшаяся к таким винам) — перевернули представления не только потребителей, но и прочих производителей о том, каким может быть розовое вино. Теперь испанские розовые технологии — одни из самых передовых и быстроразвивающихся в мире. Они уже доказали, что мацерация в прессе даже в присутствии сухого льда не спасает большинство розовых от окисления на начальном этапе винификации (а большинство испанских сортов – оксидативные), а также, что выдержка в бочках и на осадке помогает вину «нарастить мясо», которое, со своей стороны, хорошо балансирует со всё возрастающими винными градусами. Свежесть розовым придаёт и остаточный углекислый газ, кстати он неплохо скрывает и градус. Испанцы уже придумали технологию искусственной («лёгкой») газификации готового вина (когда CO2 привносится в вино извне), а в регионе Бенавенте (DO Tierra de León) применяется натуральная технология: в готовое вино засыпается небольшое количество дроблёного красного винограда и после нескольких часов мацерации, когда дрожжи начинают ферментировать свежие ягоды и выделять углекислый газ, вино сразу бутилируется.
Португальцы в розовом пока отстают. То есть оно у них производится, но как-то беспорядочно: регионов, специализирующихся на нём, нет. Скорее это из-за специфики португальских сортов и отсутствия опыта. Торига насьонал и торига франка, два главных сорта Дору, отдают цвет и танины очень быстро (ведь ферментация портвейна длится не так уж и долго): за сутки мацерации из кожицы ягод извлекается до половины всех танинов и антоцианов, коих в этих сортах и так в избытке. Цветом розовое из Дору очень похоже на какой-нибудь хиленький бургундский пастугрен, считающийся красным вином. Что делать с таким богатством португальцы пока не знают. Но тем не менее большую золотую медаль и звание «Лучшее розовое вино мира» на одном из старейших винных конкурсов мира (Брюссельском) в 2010 году поучило португальское вино Casal da Coelheira Rosé 2009 из только-только начавшего зарабатывать репутацию региона Тэжу: сира пополам с торигой насьонал сразило международных экспертов своей клубнично-черешневой экспрессией, сравнимой по силе со взрывом бомбы.

Выше в облака 

Крохотная автономная провинция Кантабрия, соседка Страны Басков на атлантическом побережье, всегда славилась сырами и анчоусами, но никто не думал, что она появится на винной карте. Однако кантабрийцам удалось привлечь внимание: у них всего 40 га виноградников и 9 бодег, но в 2010 году они уже в 7-й раз проводили… ан-примёры!
Через 10 лет, по прогнозам, виноградник Кантабрии удвоится. Отважные люди, культивирующие лозу в горах под прямым влиянием океана, ещё удивят нас чудными винами из красного вердехо или белых гордельо, вердехо и альбильо.


Верой и правдой

Ещё одной точкой раздела между Португалией и Испанией в своё время стал Оренсе, центральный город испанского Рибейро, непосредственно прилегающего к португальской границе в дальней от океана части. В XVIII веке местный епископ закрыл двери коммуны для англичан, которые своей «неправильной» верой могли повредить местным католическим устоям. Англичане долго время не теряли и спустились на 200 км южнее, где на виноградниках Дору создали одно из самых великих вин в истории, славящее Португалию до сих пор, – портвейн. Далее рибейрианцы отличились ещё тем, что выгнали из города всех евреев, при том что самый красивый квартал там именно еврейский. Эта череда исторических ошибок, тем не менее не мешала местным винамро оставаться топовыми белыми в стране вплоть до 1980-х годов. Но, как обычно бывает с теми, кто отдыхает на лаврах, молодые львы из других регионов быстро «скушали» рибейрианцев, и от их прежней славы не осталось и следа. Виноградники Рибейро очень старые и продолжают давать удивительный по качеству виноград. Теперь группа виноделен во главе с лучшим производителем на данный момент (Viña Mein) взялись за выведение качества и славы вин региона на новый уровень, открыв двери для туристов, журналистов и даже англичан.

Круговорот Приората

Приорат, второй после Риохи в Испании аппелласьон с высшим статусом DO.Qa, как обычно варится в собственном соку. Стройбумеров здесь практически нет (всего две бодеги), но его стремительно растущая популярность в последние 10 лет привела к весьма высоким ценам на приоратские вина. А культивировать лозу в Приорате, на сланцевых почвах и крутых холмах, значительно сложнее, чем на равнинных по сравнению с ним Риохе и Рибере-дель-Дуэро. С учётом ещё меньшей плотности лоз и их низкой урожайности себестоимость производимого винограда становится весьма высокой. Кристофер Каннан, англичанин по происхождению и виноторговец из Франции по сути, который одним из первых занялся популяризацией и продвижением приоратских вин на американском рынке (главном для Испании по сей день), собственник Clos Figueres в Приорате, говорит: «Жесткая конкуренция и кризис в Америке заставили многих производителей снизить цены и продавать вина практически по себестоимости выращивания винограда. Многие понимают, что потом будет очень трудно выйти на прежний уровень цен, но выбора нет. К тому же сейчас в основном продаются только вина нижних ценовых линеек. Это вынудило приоратцев сократить производство топовых вин и увеличить долю дешёвых. А значит, немалая часть винограда со старых виноградников идёт на такие вина, и с учетом того, что новые виноградники уже все вошли в качественный продуктивный возраст, сейчас в Приорате можно найти удивительно насыщенные и богатые вина за очень небольшие деньги. В Приорате сейчас также активно развивается белое виноделие, лучше всего у нас получается вионье. Думаю, в скором времени мы представим миру новые и необычные вина из этого сорта, который на сланцевых почвах Приората даёт замечательные результаты, многообещающие с точки зрения потенциала выдержки».

Эпилог

В остальном Испания остаётся весьма традиционной. Новых технологий там особо не разрабатывают, если не считать системы по деалкоголизации вина (разработана в Оренсе) и по переработке углекислого газа, производимого при ферментации (Torres в Пенедесе, при помощи специальных водорослей). Испанцы стали использовать значительно меньше дуба, во-первых, по экономическим причинам, во-вторых, потому что мода на дуб в США, на их главном рынке, уже уходит. Португальцы, наоборот, технологически переоборудуют всё производство, собственных разработок разных чанов для ферментации и агрегатов для экстракции у них хватает. И дубом они увлеклись не на шутку, если смотреть в разрезе призёров последнего издания DWWA*. При этом португальцы создали организацию по продвижению вин, наподобие существующих в Новом Свете — Wines of Portugal. Её логотип – большая латинская буква Р, разукрашенная листьями лозы и гроздями, будет привлекать внимание гостей всех винных салонов и событий, в которых участвуют винодельни страны. Испанцы не так едины, к тому же сильно зависимы от столь нестабильного и высококонкурентного рынка, как США. Спасает их пока то, что вторым рынком для них стала более стабильная Швейцария. Одно безусловно: вина из этих двух стран в ближайшем будущем будут нас радовать и удивлять ещё больше.

* Decanter World Wine Awards, самый большой винный конкурс мира, проводимый одноимённым британским журналом.

Биссо Атанасов